Анкета потребителя

 

заполнить

Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl-Enter, чтобы отправить информацию.

Мертвые трубы. Специальный репортаж Н.Васильева

27 марта 2012


Почти 200 аварий на жилищно-коммунальных сетях. Это на всю Россию, но только за зимний сезон 2011-2012. Прорыв канализации в Воронеже, водяные фонтаны на Урале, массовое отключение воды в Петербурге — чтобы установить точные причины этих и остальных происшествий, нужны месяцы. В федеральном министерстве промышленности уже подозревают в бедах, прежде всего, старые трубы. Даже если ремонт на теплотрассе или водопроводе был совсем недавно, сначала выясняют, сколько труба пролежала в земле на самом деле.

Андрей Дементьев, заместитель министра промышленности и торговли России: «По нашим оценкам, примерно семь процентов рынка занимают „бэушные“ трубы. Это порядка 700 тысяч тонн по году. Это 700 тысяч тонн невыпущенных труб со всеми вытекающими налоговыми и зарплатными последствиями. Прецедентов, когда есть настолько массовое использование „бэушной трубы“, мы в мире не найдем. 90 процентов американской „бэушной“ трубы идет на переплавку фактически в тот же день».

В России, да и в других странах бывшего СССР, использованные трубы перерабатывают далеко не всегда. К примеру, на складе под Донецком потенциальным покупателям, не стесняясь, предлагают выбрать металлолом нужного диаметра. Обещают обработать и подготовить к продаже.
Обработка — это чистка от старой изоляции и ржавчины, и, если нужно, новая изоляция трубы. Цена такого бывшего в употреблении, но обработанного изделия составляет около 15 тысяч рублей за тонну. Стоимость новых труб рассчитывают поштучно, но, если перевести на вес, цена будет свыше 50 тысяч. Выгода дельцов, которые обрабатывают металлолом, как минимум, троекратная.

«Их нельзя назвать восстановленными. Их скорее лучше назвать трубами, которым придана видимость товарного состояния. Но они уже потеряли все свои потребительские свойства, и применение таких труб запрещено везде», — подчеркнул директор Фонда развития трубной промышленности Александр Дейнеко.
Главная опасность обработанных, восстановленных или, как ни называй, мертвых труб — никакой гарантии, неизвестно, сколько она прослужит после повторной укладки в грунт. Обнаружить трубу б/у до тех пор, пока ее не прорвет, практически невозможно. И тем уникален случай в Воронеже. Осенью в Левобережном районе нужно было переложить три с лишним километра канализационного коллектора. В полиции по каким-то своим каналам узнали, что для проведения работ в город привезена труба, уже свое отслужившая. Теперь это, пожалуй, самое громкое уголовное дело в регионе.

Уложить новый коллектор из металлолома не успели. Но, поскольку ремонт пришлось переносить, не выдержали старые трубы, и в феврале улица Менделеева тонула в фекалиях. Сумма ущерба, указанная в уголовном деле, составляет 35 миллионов рублей, это без учета аварии, а только разница между ценой лома и бюджетными ассигнованиями. Интересно, что оперативники сразу поняли, что труба лежалая: по проступившей ржавчине, по отслоившейся изоляции, по металлическим шарикам, которыми обычно под напором воздуха сбивают следы коррозии, да и просто потому, что каждая секция отличалась по длине. Как этого могли не заметить специалисты по жилищно-коммунальному хозяйству?

Виталий Черных, заместитель начальника УБЭП ГУ МВД России по Воронежской области: «Одни укладывают трубу, другие должностные лица ее принимают в эксплуатацию, третьи должностные лица подписывают оплату. Родственники в администрации? Ну, ограничимся, так скажем, во властных структурах города Воронежа. Да, имеются непосредственные родственники у руководства этой организации».

В деле о воронежских трубах задержанных пока нет. А вот адыгейский предприниматель Алексей Лойко еще около двух лет проведет в колонии-поселении. Суд установил, что из полученных на новый водовод в Майкопе 90 миллионов рублей он решил отделаться поставкой металлолома. Ущерб государству составил 53 миллиона рублей.

«Лойко, являясь по договору подряда поставщиком новых, нигде не использованных ранее труб для прокладки водовода, фактически путем обмана, путем предоставления поддельных сертификатов качества на данные трубы поставлял использованную ранее так называемую лежалую трубу. Естественно, они не подходили по качеству, собственно говоря, не подходили даже по размерам», — рассказал исполняющий обязанности старшего помощника прокурора республики Адыгея Максим Барзенцов.

Ущерб, нанесенный жителям Майкопа из-за срыва работ по прокладке нового водовода, посчитать вовсе невозможно. Но дальше всех зашли уральские дельцы. В Челябинске грязные трубы довели до человеческих жертв. Предприниматель Балакин занимался старыми трубами почти десять лет. У него был партнер, который решил поделить бизнес, а Балакин делиться не захотел.

Владимир Шишков, старший помощник руководителя Следственного управления СК РФ по Челябинской области: «Балакин предложил знакомому совершить убийство своего напарника по бизнесу для того, чтобы избавиться от своеобразной конкуренции. Они занимались тем, что производили выкопку старых брошенных труб».
Сама по себе обработка старых труб не запрещена. Их даже можно использовать, но разве что для распорки временных котлованов или для укрепления береговой линии. Транспортировка под давлением воды или газа по таким гнилым артериям опасна, даже если какое-то время ветхие коммуникации и прослужат.
«Если там транспортировались какие-то нефтепродукты, там наверняка повышенный уровень радиации. Потому что нефть радиоактивна. А люди пьют такую воду, люди моются этой водой, это наносит огромный ущерб», — пояснил Александр Дейнеко.

Андрей Дементьев: «Я бы не очень хотел пить воду из водовода, который из трубы, которая когда-то лежала в нефтепроводе. Ее основное назначение — быть металлоломом. Именно такая у нее вторая жизнь должна быть, и никакой другой».

Завод в Пензе — один из лидеров отечественной трубопрокатной индустрии. Он выпускает почти идеальную трубу для нужд жилищно-коммунального хозяйства: 42 технологические операции, эмалевая и полимерная изоляция, срок службы в агрессивной среде — более полувека.

«К сожалению, организации жилищно-коммунального строительства наши трубы не заказывают. Я это связываю, может быть, с нищенским их существованием», — заявила генеральный директор предприятия Татьяна Блохина
Нищета коммунальщиков, судя по бюджетным расходам на инфраструктуру, по тарифам на услуги ЖКХ, да и по выявляемым суммам ущерба, очевидно, в прошлом. В настоящем — коммунальные фонтаны, искусственные зловонные озера и лишь начало борьбы с реанимацией мертвых труб.

Источник: www.vesti.ru
Поделиться...
 

Подписка на новости
?
Для корректной работы подписки на новости, у Вас в браузере должны быть разрешены Cookies для этого сайта. Узнайте как проверить Cookies?